|

Фикция существенной эквивалентности

Во всём мире регулирующие органы одобряют ГМ пищевые продукты как безопасные, руководствуясь понятием «существенной эквивалентности». Этот термин предполагает, что если количество содержащихся в ГМО основных компонентов, таких как белки, жиры и углеводы, сходно с его генетически немодифицированным аналогом, то такой ГМО является существенным эквивалентом генетически немодифицированного организма и тщательное тестирование его безопасности не требуется.

Понятие существенной эквивалентности было впервые выдвинуто по отношению к ГМО по инициативе отрасли биотехнологий и Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), работа которой посвящена не защите здоровья людей, но поддержке международной торговли.

До недавнего времени какого-либо юридического или научного определения существенной эквивалентности не существовало. К примеру, не было определено, насколько ГМ культура по своим составляющим может отличаться от генетически немодифицированной родительской линии, или насколько ГМ культура может отличаться от других сортов этой культуры, чтобы её признали не являющейся существенным эквивалентом и в её отношении были предприняты регулирующие меры. Подобные меры могли бы включать запрет или требование проведения тщательного долгосрочного токсикологического тестирования.


«Понятие существенной эквивалентности никогда не было должным образом определено; нигде не зафиксирована степень различий между натуральным пищевым продуктом и его ГМ вариантом, до того, как “сущность” варианта перестаёт быть приемлемо “эквивалентной”; точной формулировки не существует и у законодательных органов. Именно эта неопределённость и делает термин полезным для отрасли ГМО, но неприемлемым для потребителя… Существенная эквивалентность — это псевдонаучное понятие, поскольку является коммерческим и политическим суждением, выдаваемым за научное. Даже более того, оно антинаучно по своему существу, поскольку было создано прежде всего для того, чтобы служить оправданием отсутствия требований для проведения биохимического или токсикологического тестирования».

Erik Millstone, профессор научно-технической политики, Университет Суссекса, Великобритания, и соавторы.

«Существенная эквивалентность — это обман. Люди говорят, что какой-то картофель имеет примерно такое же количество белка, крахмала и прочих элементов, как любой другой сорт этой культуры, а значит, он является существенным эквивалентом, но это не способ тестировать что-либо биологическое».

профессор С. Vyvyan Howard, токсикопатолог с медицинской квалификацией, на момент высказывания работавшая в Ливерпульском университете, в заявлении, адресованном Комитету по вопросам здравоохранения и медико-социального ухода Парламента Шотландии.

«Согласно одному из толкований, сказать, что новый [ГМ] пищевой продукт является “существенным эквивалентом”, всё равно что сказать, будто он эквивалентен “по формальным признакам” (то есть он выглядит, как утка, и крякает, как утка, следовательно, мы предполагаем, что он и есть утка, ну или, по крайней мере, мы будем обращаться с ним, как с уткой). Поскольку “по формальным признакам” новый пищевой продукт как будто бы эквивалентен, нет нужды подвергать его полной оценке риска для подтверждения нашего предположения. Такое толкование “существенной эквивалентности” является прямым соответствием аргументам, используемым для одобрения сортов, полученных при помощи традиционного скрещивания. В обоих случаях “существенная эквивалентность” не выполняет функций научного обоснования применения стандарта безопасности, а, скорее, служит в качестве процедуры принятия решений, предназначенной облегчить прохождение нового генетически модифицированного или немодифицированного продукта через процесс регулирования».

Королевское общество Канады.


В 2013 году после многих лет критики из-за отсутствия научного определения существенной эквивалентности в Евросоюзе были введены нормы, устанавливающие пределы того, до какой степени ГМО может отличаться от генетически немодифицированного аналога и всё ещё считаться его эквивалентом31.

Утверждения о существенной эквивалентности в отношении ГМ пищевых продуктов широко критиковались и разоблачались как некорректные с научной точки зрения независимыми исследователями и Королевским обществом Канады. Чтобы помочь нам понять, что подразумевается под существенной эквивалентностью, в качестве полезной аналогии можно привести пример со здоровой коровой и особью, инфицированной коровьим бешенством. Они являются существенными эквивалентами друг друга в том смысле, что у них одинаковый химический состав. Их единственное отличие заключается в форме некого белка (приона), составляющего ничтожную долю от общей массы коровы. Это отличие не было бы отмечено в ходе принятой в настоящее время оценки существенной эквивалентности. Однако мало кто стал бы утверждать, что употребление в пищу мяса инфицированной коровы так же безопасно, как мяса здорового животного.

При проверке утверждения о существенной эквивалентности зачастую оказываются ложными. Использование молекулярных аналитических методов показало, что состав ГМ культур отличается от их генетически немодифицированных аналогов. Это справедливо даже для тех случаев, когда две культуры выращиваются при одинаковых условиях, в одно и то же время и в одном и том же месте, а это означает, что изменения произошли не вследствие влияния факторов окружающей среды, а в результате генетического модифицирования.

Ниже приводится несколько таких примеров.

  • ГМ соя содержала на 12–14% меньше изофлавонов — органических соединений, участвующих в метаболизме половых гормонов, чем генетически немодифицированный аналог.
  • В ГМ сое содержалось на 27% больше основного аллергена, ингибитора трипсина, чем в генетически немодифицированной родительской линии, несмотря на утверждения авторов нового ГМ сорта сои компании Monsanto, что трансгенная соя была «эквивалентна» генетически немодифицированной культуре. Чтобы получить такое заключение об «эквивалентности», авторы нового сорта сравнивали растения, выращенные в разных местах и в разное время, расширяя диапазон вариативности при помощи не имеющих отношения к этому случаю данных. Лучшие научные практики в тестировании существенной эквивалентности требуют сравнения ГМ растения с генетически немодифицированной изогенной (обладающей идентичным генотипом) разновидностью, выращенной в то же самое время при тех же условиях.
  • Канола (масличный рапс), сконструированная таким образом, чтобы содержать витамин А, в сравнении с генетически немодифицированным растением имела значительно более низкие уровни витамина Е и нарушения в соотношении жирных кислот.
  • У экспериментальных сортов ГМ риса наблюдались незапланированные нарушения питательных качеств в отличие от их генетически немодифицированных аналогов, хотя все растения выращивались бок о бок в одинаковых условиях. Пострадали структура и текстура ГМ рисового зерна, а также значительно изменились его пищевая ценность и содержание питательных веществ. По словам создателей экспериментальных сортов, полученные ими результаты указали на «тревожную информацию в отношении пищевой ценности трансгенного риса» и свидетельствовали о том, что ГМ рис не являлся существенным эквивалентом генетически немодифицированной культуры.
  • В экспериментальном ГМ рисе, устойчивом к инсектицидам, было обнаружено более высокое содержание некоторых веществ, чем в генетически немодифицированном аналоге. Различия были вызваны как генетическими манипуляциями, так и воздействием факторов окружающей среды. Однако было показано, что несоответствия в уровнях сахарозы, маннита и глутаминовой кислоты являлись результатом как раз манипуляций с генами.
  • Продаваемая ГМ кукуруза сорта MON810 имела совершенно иной профиль типов белков по сравнению с генетически немодифицированной линией, выращенной в тех же условиях. Эти неожиданные отличия в составе также показали, что кукуруза MON810 не являлась существенным эквивалентом своему генетически немодифицированному изогенному аналогу, хотя факт одобрения этого сорта регулирующими органами по всему миру подразумевал обратное.
  • Кукуруза сорта MON810 Ajeeb YG, содержащая ядовитый для насекомых Bt-токсин, продемонстрировала значительные отличия от своего изогенного генетически немодифицированного аналога, притом что значения некоторых показателей выходили за рамки, приведённые в научной литературе. В кукурузе, имеющей в своём составе Bt-токсин, отсутствовали некоторые аминокислоты и жирные кислоты, содержащиеся в генетически немодифицированном растении. Исследователи пришли к заключению, что в результате генетического модифицирования в кукурузе произошли изменения, из-за которых этот сорт, возможно, окажется токсичным для человека и животных.

Для опасений по поводу изменённой пищевой ценности есть две причины: во-первых, они могут напрямую влиять на здоровье человека или животных из-за избытка или недостатка определённых питательных веществ и, во-вторых, изменённая пищевая ценность служит показателем того, что генетическое модифицирование могло повлиять на биохимические процессы растения. Это может означать, что произошли также и другие непредвиденные изменения, которые могут отразиться на здоровье человека или животных, например, повлиять на токсичность или аллергенность растения.

И действительно, эксперименты на крысах показали, что Bt-кукуруза MON810 Ajeeb YG в отличие от генетически немодифицированного варианта, оказывала токсическое действие на определённые органы подопытных особей.

 

Материалы взяты из книги "Энциклопедия ГМО: мифы и правда"

Как будут проверять на безопасность ГМ-животных и микроорганизмы

1 марта 2021 года вступили в силу два приказа Минсельхоза России (№ 650 и 655), которые определяют методики молекулярно-генетического исследования ГМ-животных и ГМ-микроорганизмов сельскохозяйственного назначения, произведенных в стране.

(далее…)

Круглый стол «Нарушение законодательства о высевании ГМО в России: угрозы и решения»

25 февраля 2021 года в Общественной палате РФ прошел круглый стол «Нарушение законодательства о высевании ГМО в России: угрозы и решения».

(далее…)

В закон о семеноводстве включили меры по противодействию ввозу в Россию ГМО-семян

В документе также впервые предусмотрели утверждение правительством перечня родов и видов сельскохозяйственных растений, производство и выращивание которых направлено на продовольственную безопасность.  (далее…)